Не знаю, как сейчас, а утром там было хорошо. Туман стоял над Невой, и из этого тумана проступали купола, шатры, бревенчатые стены. Говорят, под Петербургом свои Кижи. Не знаю, не проверял. Но место называется Богословка.
Идея простая и правильная: собрать здесь деревянные храмы, которых больше нет. Которые сгорели, сгнили или были разобраны на дрова в лихие годы. Теперь они стоят здесь – свежие, но старые. Парадокс, свойственный деревянному зодчеству.
Главное здешнее чудо – Покровская церковь. Это копия храма из деревни Анхимово, что стоял на реке Вытегре. Построили тот храм в 1708 году. Говорят, его строили те же плотники, что потом возвели Преображенскую церковь в Кижах. Или не те же. Теперь уже не спросишь.
У этого храма двадцать пять глав. У кижского – двадцать две. Лишние три купола, видимо, показались архитекторам лишними. В Кижах убрали – и силуэт получился стройнее, легче. А этот, анхимовский, приземистей, основательней. Как мужик в праздничном кафтане, который плотно поел и доволен жизнью.
Строили его заново долго. Лес искали. Теперь, оказывается, хороший строевой лес – проблема. Раньше плотник шел в лес и рубил, что видел. Теперь лес везут откуда-то, сушат, обрабатывают. А он все равно не тот. Но церковь стоит. С 2008 года стоит.
Рядом из тумана проступает дом крестьянина Костина. Копия дома из Карелии, 1817 года. Терем как из печки. Бревно к бревну, наличники кружевные, а на крыше – дымник. Такая деревянная башенка над трубой, чтобы искры не летели и дым тянуло. Вещь бесполезная и прекрасная. Такие штуки только для красоты делают.
И часовня виднеется. Спас Нерукотворный. Ее рисовал архитектор Боде по старым чертежам. Была такая часовня в Каргопольском уезде, в деревне Кириллово. Теперь нет деревни, нет часовни, а эта стоит. И туман вокруг.
Я постоял, посмотрел. Сыро, тихо, только вода где-то капает. И купола плывут в белом. Хорошее место. Негромкое. Настоящее.
Лев Якутянин
