Спросите любого, кто сведущ в тайных науках искусства, — ему знакомо это имя. Но не ищите в нём простого живописца. Ханджян был не из тех, кто пишет яблоки

Приход в мир этих людей подобен вспышке редкой звезды: астрономы в недоумении разводят руками, ибо нет ей места в их каталогах, но один только её свет меняет очертания всей ночи. И лишь в тишине библиотек

Есть судьбы, вмещающие в себя слишком много огня для одного сердца. Судьба Арчила Горки — из таких. Он вошёл в искусство тихо, как входят в тёмную комнату

Одиннадцатое ноября. Во тьме сырого петербургского дня, меж гранита и безнадежности, является он миру. Не литератор, не сочинитель романов — но пророк

Станислав Юлианович Жуковский — один из самых выдающихся и любимых публикой русских живописцев рубежа XIX-XX веков, прославившийся

Обычный посетитель музея, остановившийся перед этим полотном, наверняка подумает: «Осенний пейзаж». Но это не пейзаж. Это — завещание. Завещание, написанное